ЛитВек - электронная библиотека >> Популярные авторы >> Александр Петрович Межиров

КОММЕНТАРИИ 1462

За Украиной - будущее
Тимоти Снайдер

Демократия, преследующая опппозицию? Страна, в которой отсутствует свобода слова, языка и права на выбор? Что за бред вы здесь несете?

дынина ирина     #190555
Безымянный. Книга 1-2
Александр Олегович Анин

читаешь 1-ю, 2-ю книгу и такое впечатление: взяли несколько однотипных фантастических книг, вырвали из них по несколько страниц и сложив их в произвольном порядке склеили новую книгу.

пенсионер     #190551
Татьянин день. Неразделенное счастье
Анна Сергеевна Варенберг

Добрый день! Если третья книга крайняя, то не понятно почему она не до конца написана?

Екатерина     #190550
Оказалось, это не мой выбор
Imeninik

Большей дичи я редко читал

Алан     #190548
Операция «Рокировка»
Степан Кулик

Прочитал рокировку.Впечатление, что я многое пропустил.

Александр     #190544
Клинок имею - Готов к приключениям
Мертвый Бассейн

Если честно сама идея отличная, даже читается легко, а вот проработка с характеристиками без обид автору, тупая, почти от слова совсем не проработанная и я не говорю о том что надо было страницы писать писанины про характеристики. Но если ты уж назвался груздем и пишешь реалрпг. То сделай так чтоб было не на отьебись и ради жанрового хайпа. А тут тупо голимый жанровый хайп и всё!!! Проработки по теме характеристик от слово нуль. Очень жаль, книга в этом многое проиграла, как кстати и косвенно сюжет тоже

Оценил книгу на 5
Алан     #190542
Крылья Феникса. Введение в квантовую мифофизику
Валентин Юрьевич Ирхин

Когда момент силы уже не вычисляют при помощи известной формулы. Тянущиеся моменты бытия в автомобильной пробке. В салоне холодно, но я согреваюсь разговаривая с торчащими электрическими проводами (это не лайфхак). Настроение (вновь неподнадзорное) в плену ретроспективно-исторических (не хотелось, сопротивлялось, но само как-то написалось через тире именно так, словно бы речевое масло масляное) стоп-кадров, которые повторяются во снах моих из ночи в ночь. Иногда мне кажется, что они не только сосуществуют параллельно с моим настроением, но и живут уже своей отдельной оригинальной жизнью, местами даже пропуская пережитое время сквозь строгую свою цензуры, что иногда (местами) похлеще будет любого АНБ или Роскомнадзора. Возможно именно подобная очередная внезапно нахлынувшая интеллектуальная радиация заставила меня сегодня отчаянно позабыть купить бумажный скотч. О, ужас какой! Вновь я не смогу приклеить в ванной комнате отвалившуюся вентиляционную решетку. Выныривающиеся обстоятельства, что вот так нагло и беспардонно затекают в зону моего непосредственного обитания - это я про свою многострадальную ванную комнату с отвалившейся решеткой. В зеркале заднего вида вновь я - Крутикова (но уже не Захаренкова) Диана Андреевна. Звучит моя любимая Baccara, а значит наличествует хоть какая-то романтическая обстановка. Лежит билет, но не на балет - сегодня собственноручно достала из своего почтового (в прямом смысле этого незамысловатого слова) ящика ПЯТЬ административных писем от ГИБДД. Они зачем-то ещё и сфотографировали мой автомобиль и разоблачили автомобильный номер. Как грубо и пошло! На моей памяти, к слову, так холодно в начале сентября было только в далёком уже 1999-м. Последний год, когда я отдыхала, да и вообще было в Комарово. Вновь артефакты моего подсознания, что тоже местами ретроспективно-историческое, окаменелости проще говоря. Двадцать три года тому назад. Тем временем в почти что самом центре города Ломоносова на площаде брызгает фонтан. Его ещё не отключили. Это очень мило и красиво (эмоции на периферии). Беспримесная радость. Такой дефицитный, готический для текущего прохладного сентября яркий солнечный луч, почти что уже экзотический, пробившись сквозь дождевые плотные серые облака и порывистые осенние ветра падает прямо на лобовое стекло моего автомобиля. Хорошее настроение может быть заразным, особенно если в наушниках Arabesque с хитом под названием "in for a penny" (между прочим это не скрытая реклама).

Вспомнила осень две тысячи шестнадцатого года. Очень грустная эпоха в моей судьбе. Потерянное время. Единственное приятное из того времени - мимолётный отдых на курорте "Ярвисюдан". Эх, но это уже дела совсем уж давно ушедших дней. "Боль и слезы платной автостоянки" - это выдуманное мною "римское крылатое выражение" именно про тот год. О, позвонила моя коллега Тупикова Наталья Владимировна...

Мысли в нужном месте. Кто мёрзнет в сентябре? Сегодня одному моему соседу по лестничной площадке пришла повестка от среднестатистического российского военкомата, но не стоит же так поддаваться панике и рвать на себе (дефицитные) волосы. Утро восьмого сентября две тысячи двадцать второго года. Вновь смотрю на себя в зеркале - и вновь понимаю то, что передо мной все та же Крутикова Диана Андреевна из города Ломоносова. Сегодня День памяти жертв блокады Ленинграда. По среднестатистическому российскому телевидению об этом событии должным образом практически ничего не сообщается. Тем временем сегодняшним утром собственными глазами увидела на экране телевизора Максима Владимировича. Того самого Максима Владимировича, которого вживую я видела в далёком уже 2004-м году, и та случайная встреча тоже, как сейчас отчётливо помню, выпала на похожую холодную осень. Тогда точно был именно сентябрь. А до той встречи, к слову, я видела вживую Максима Владимировича аккурат первого сентября тысяча девятьсот девяносто девятого года. ТУ СЛУЧАЙНУЮ ВСТРЕЧУ Я ПОМНЮ ОТЧЁТЛИВО, ФОТОГРАФИЧЕСКИ, С ПОДРОБНОСТЯМИ. На "утреннем" экране (в виде "пятого канала") Максим Владимирович пристально и изумлённо смотрел на какого-то безызвестного оппонента, коий так и остался по ту сторону экрана. Ох уж эти современные режиссёры!. На исходе утра сходила с соседской собакой в близлежащую ветеринарную клинику. С собакой оказалось в принципе всё в порядке - обнаруженные болячки соответствуют возрасту. Собака в довольно-таки неплохом состояние, в принципе в хорошей форме. Ночью приснился легендарный клуб "Синтез". Приснился шоппинг формата октября 2012-го года. Тогда в ТРК "Питер Радуга" (хотя в настоящей своей жизни я живу далеко от этого места) я купила телевизор "LG". Была такая же холодная осень, но удивительно красочная, комфортабельная, что наверняка могла занять любое призовое место в индексе гулябельности. Да что уж там, было даже намного холоднее. Таким образом этой осенью моему телевизору "LG" (собранному, между прочим, в родной России, точнее ещё более родных и близких Шушарах) исполняется ровно десять лет. Первый большой юбилей! Карта событий, калейдоскоп воспоминаний.

Восьмого сентября две тысячи двадцать второго года. Горячий чай и сыр от Лео Пиго. Мои представления об идеальной жизни в разрезе. Светит солнышко. Ясное голубое небо. Чистые белые облака. Пушистые. Приятный холодноватый ветерок. Метафизическое присутствие финского залива, что совсем неподалеку. Насыщенные мысли в нужном месте. Сновидения - источник информации. Серебряная осень (то есть сентябрь). Солнце уходит на север. В каком-то смысле мое любимое время года. Грустят пользователи соцсетей. За прошедший август услышала двадцать два анекдота. Специально подсчитала. Начиная с первого сентября больше не настраиваюсь на эту радиостанцию. Даже когда настроение простаивает в пробке вместе с моим автомобилем. Одиннадцатого сентября у Маши день рождения. Обязательно поздравляю, но в воскресенье присутствовать на ее дне рождения лично не смогу никак. Куплеты про берёзку. Легендарная капуста с мясом. Лимонадная долина. Намедни получила посылку с пижамой от австралийского бренда Peter Alexander. Вся в чувствах, то есть счастлива! Будни Невского района в моих сновидениях этой ночью. В двадцать восемь минут! В двадцать восемь минут! В двадцать восемь минут! 1999-ть недель моей жизни.

amiravedelkova

Днём ранее...

Volkswagennk     #190541
Попаданец (СИ)
Иван Городецкий

Любимое слово автора - "Интерлюдия". Герой слишком уж озабоченный даже для подростка

Алекс     #190540

ВСЕ КОММЕНТАРИИ

 

Межиров Александр Петрович - 5 книг. Главная страница.

Синоним: Александр Межиров

Синоним: А Межиров

Межиров Александр ПетровичАлександр Петрович Межиров (1923–2009) – русский советский поэт, переводчик.
Родился 6 сентября 1923 в Москве, в семье юриста.
Биографические сведения о поэте крайне скупы. Редкие самопризнания отчасти компенсируют неизбежные пробелы. «Дом, в котором я родился и рос, – вспоминал он в 1995, – и теперь стоит на берегу Москвы-реки, окнами на Кремлевскую набережную и Лебяжий переулок. На другом берегу – Замоскворечье, Болотный рынок, Кадашевские бани, купеческие особняки в тихих переулках, особый, еще не разбавленный замоскворецкий говорок». Невдалеке находился Храм Христа Спасителя, куда водила в детстве няня, и свидетелем сноса которого был Межиров. Через реку – знаменитый «Дом на набережной» (ему посвящен роман Ю.В.Трифонова), где жила партийная элита и в конце тридцатых годов происходили регулярные аресты.
Межиров относится к поколению, на плечи которого пришлись все тяготы войны: «В сорок первом году, через несколько недель после выпускного вечера, я ушел на фронт. Воевал солдатом и заместителем командира стрелковой роты на Западном и Ленинградском фронтах, в Синявинских болотах».
В 1943 вступил в коммунистическую партию. В том же году, тяжело раненый, контуженный, был демобилизован. Вернувшись в Москву, посещал исторический факультет МГУ, прослушав там полный курс в качестве вольнослушателя, и одновременно учился в Литературном институте им. А.М.Горького, который окончил в 1948. Вся его дальнейшая жизнь связана с литературой. В газете «Комсомольская правда» от 23 марта 1945 появилась первая публикация – стихотворение В сорок первом. Вскоре начинает печататься в таких изданиях, как «Комсомольская правда», «Литературная газета», журналы «Знамя» и «Новый мир».
В военных стихах Межирова картины войны чередовались с картинами мирной жизни, за военными событиями всегда присутствовало воспоминания о днях тишины.
Факты и события частной жизни автора преображены в художественные образы, перед читателем – биография лирического героя, а не автора. Поэзия Межирова, в широком смысле слова, это роман со сквозными лейтмотивами, разыгрываемый по законам искусства. Это заявлено уже в названии первой книги Дорога далека (1947), перефразирующем четверостишие Н.И.Глазкова: Я сам себе корежил жизнь, / Валяя дурака. / От моря лжи до поля ржи / Дорога далека. Стихи эти, опубликованные много позднее, были прекрасно известны в литературной среде, знал их и Межиров, великолепный знаток русской поэзии, «поэтический всезнайка», способный часами читать стихотворение за стихотворением.
Один из главных лейтмотивов в поэзии Межирова – «двойничество», возникший еще в 1944 (дату назвал сам автор, что отнюдь не типично, ведь даже в Избранном он принципиально не указывает, когда написано то или иное произведение) в стихотворении Человек живет на белом свете…, где сопоставляются две судьбы – неизвестного человека, который живет мирной жизнью, входит в теплый дом с мороза, поднимается по лестнице в свою квартиру, и лирического героя, от чьего лица написано стихотворение, человека, который лежит в холодном кювете, заметаемый снегом, ожидая приказа к атаке. Мотив этот развивается, варьируется. Впоследствии стихотворения, посвященные жизни таких «двойников», были объединены в поэме Alter ego, куда упомянутые стихи включены в качестве пролога. Опубликованная в сборнике Под старым небом (1976), поэма затем была вновь рассыпана на отдельные произведения.
«Раздвоенность» отнюдь не случайна. Межиров недаром утверждал в стихах, полемически заостряя ситуацию, что у него две книги: Дорога далека, оплаченная «страданьем плоти», и Ветровое стекло, которую он «выстрадал сполна духовно». На самом деле за первым последовали сборники Новые встречи (1949), Коммунисты, вперед! (1955), Возвращение (1955), Разные годы (1956). Лишь затем появился сборник Ветровое стекло (1961) – по слову автора именно книга, то есть цельное художественное образование («…специально задумать и написать книгу стихов невозможно. Она может сложиться или не сложиться, как складывается или не складывается жизнь», – сказал он позднее).
Таким образом очерчены два круга тем. Стихи о войне, среди них ставшее впоследствии хрестоматийным стихотворение Музыка, где вновь разрабатывается тема если не «двойничества», то сопредельного, параллельного существования самых разных и незнакомых между собой людей: Стенали яростно, / навзрыд, / Одной-единой срасти ради / На полустанке – инвалид / И Шостакович в Ленинграде, и не менее известные Календарь, Утром, Воспоминание о пехоте, Коммунисты, вперед!. Герой их, «нежный отрок, еще не остывший от игр и мечтаний» (Л.Аннинский). В нем живет мальчишество, нерастраченная детскость. Он может вскрыть банку сгущенного молока, высунуть руку из окна поезда и смотреть, как длинная сладкая нить вьется вдоль идущего на фронт эшелона, не задумываясь, что потом он не раз вспомнит о своем ребячестве, грызя фронтовой сухарь (Проводы).
И тот же герой, уже возмужавший, ищет свое место в послевоенном мире. Для этого круга тем характерна Баллада о цирке, повествующая о жизненном пути героя от рождения в цирковом шарабане, через войну, к литературе. Вертикальная стена, по которой он ездит на мотоцикле (популярный довоенный и послевоенный зрелищный номер) предстает новым кругом дантовского ада. «Но это все-таки работа…», – уговаривает он себя, признавая при том, что номер «ложный». Цирковая тема присутствует и в других стихотворениях.
«Разорванность» (вариант «двойничества») существует и в неявном, однако напрашивающемся сопоставлении большого мира, родины с ее просторами, приметами которой стали для автора такие московские уголки, как Лебяжий переулок и Арбат до реконструкции, – и от сборника к сборнику приобретающего все более конкретные черты мира спорта, искусства, мира профессиональных игроков, кастового и потому для многих враждебного. Балетные студии, мастерские художников, ипподром, бильярдная, карточный стол – места, где случайность может разрушить то, чего добиваются упорным трудом, неделями и месяцами репетиций и тренировок, но где везение либо азарт и дерзость способны принести внезапный успех, становятся для лирического героя в каком-то смысле заменой большого мира.
В такой художественной системе, независимо от авторских намерений, некоторые произведения воспринимаются как аллегории. Таковы стихи Мы под Колпином скопом стоим, / Артиллерия бьет по своим, стихотворение Закрытый поворот, где желание вписаться в этот закрытый поворот опять-таки аллегорично (здесь и смелость, и безрассудство, и вызов, брошенный опасности). Для стихов этого периода характерно и стремление к афористичности, иногда в ущерб стилю: До тридцати – поэтом быть почетно / И срам кромешный – после тридцати (Всё то, что Гёте петь любовь заставило…).
В начале творческого пути Межиров создал несколько неудачных поэм (На рубежах, Годы Чкалова и др.), где сюжет ослаблен или подменен риторикой, но вскоре осознал, что единица его поэтического мышления – отдельное стихотворение. Отсутствие датировки дает возможность перетасовывать, выстраивать стихи, создавая сверхсюжет.
Произведения Межирова часто издаются, выходят многочисленные сборники: Стихи и переводы (1962), Стихотворения (1963), Прощание со снегом (1964), Ладожский лед (1965), Подкова (1967), Лебяжий переулок (1968), Стихотворения (1969), Невская Дубровка (1970), Поздние стихи (1971), Тишайший снегопад (1974), Недолгая встреча (1975), Времена (1976).
К концу 1970-х поэтика Межирова претерпевает заметные изменения. Тщательно сконструированный поэтический мир приобретает остросовременные черты, прошлое лирического героя подвергается переосмыслению, иногда получает отрицательную оценку.
Рефлексия становится постоянна, однако не очевидна. Данная не впрямую, она также может восприниматься читателем как автопризнание лирического героя, переплетенное с биографическими мотивами автора.
Драматична судьба персонажа одного из стихотворений – игрушечного мастера, выступающего в роли демиурга (разумеется, речь идет о любом творце, в частности, о литераторе): Он был умен, бездушен, пустотел, – / Слагая строки полые, тугие, / Чем занимался и чего хотел, – Сказать неправду лучше, чем другие (Мастер). Созданные им игрушки – Петрушки, Матрешки и Буратино – многое у него переняли и «простерли» над своим создателем «непререкаемую власть». Теперь мастер и его творения связаны навсегда, они цепляются друг за друга, чтобы не упасть, не потерять равновесия.
Цирковая тема, как бы завершив круг, возвращается к исходной точке: Быть может, номера у нас и ложные, – / Но все же мы работаем без лонжи, – / Упал – пропал, костей не соберешь. / Так размышляет он. И тем не менее – / Сомнительное самоутешение (Зима).
«Чужое», заимствованное слово встраивается в текст, столкновение разнородной лексики переходит в словесную какофонию: Позвоню на виллу Сименону, / Сименон ажанам позвонит – / Тары-бары, и тебя без шмону / Выпустят в объятья аонид (Alter ego). С одной стороны, так выражается жесткая ирония, почти сарказм поэта по отношению к описываемым характерам и ситуациями – быту богемы, псевдоинтеллектуалов, нуворишей, сильных мира сего (в действительности – замкнутого мирка), с другой стороны какофония эта противопоставлена высокой музыкальности, наличие которой в стихах Межирова неоднократно отмечали критики.
В 1970-х книги Межирова выходят чуть реже, но регулярно. Это сборники Очертанья вещей (1977), Медальон (1979), Избранные произведения в двух томах (1981), Тысяча мелочей (1984), Теснина (1984), Закрытый поворот (1985).
За сборник Проза в стихах (1982, 1989), где новая поэтика полностью утвердилась, Межиров был награжден Государственной премией СССР (1986).
Религиозные мотивы, неявно присутствовавшие и прежде, здесь превращаются в мотивы эсхатологические. Ожидание Страшного суда все томительней, все напряженней. Такая трактовка очевидна в свете событий, определивших судьбу Межирова. Привычный ход жизни был в одночасье сломлен, весь порядок жизни нарушен. Работа над стихами и переводами – Межиров активно переводил литовских и особенно грузинских поэтов – ушла в прошлое.
В январе 1988 машина, за рулем которой находился Межиров, сбила человека. Межиров скрылся с места аварии, пешеход скончался. Этот поступок, никак не вязавшийся с образом фронтовика, интеллигента, носителя высоких нравственных норм, и тайная неприязнь писательской публики к удачливому и преуспевающему собрату по перу стали причиной долгого разбирательства в Союзе писателей и резкого общественного осуждения. Межиров, в конце концов, не выдержал остракизма. В 1994 он уехал в США. До отъезда увидели свет только книги Избранное (1989) и дважды изданная Бормотуха (1989, 1991).
Книга Межирова Поземка (1997), где наряду со старыми стихами напечатаны и новые, продемонстрировала изменения в строе стиха: «чужое» слово почти сходит на нет, но утрачена и музыкальность. Привычная языковая стихия будто бы отчуждается, волею случая поэт обречен убыванию слова / Неродного-родного (Потому что непреодолима граница…). Тяжкое признание в устах литератора, для которого русская культура была почти всем. И томит вопрос без ответа: За что? За то, что может быть однажды / Из вас случиться с каждым и любым… (Набросок).
Возвращение Межирова к российской аудитории началось с телепередачи, показанной по центральному телевидению осенью 2003 и приуроченной к восьмидесятилетию поэта. Умер Межиров 22 мая 2009 в Нью-Йорке.

Автор статьи: Береника Веснина
Источник: Энциклопедия Кругосвет
Книга - Воспоминания о Николае Глазкове. Борис Абрамович Слуцкий - читать в ЛитВек

Жанр: Биографии и Мемуары

Серия: -

Год издания: 1989

Язык книги: русский

Страниц: 487

Читать

Формат: fb2

 Скачать

«…Ибо сам путешественник, и поэт, и актер», — сказал как-то о себе Николай Глазков (1919–1979), поэт интересный, самобытный. Справедливость этих слов подтверждается рассказами его друзей и знакомых. Только сейчас, после смерти поэта, стало... ... Полная аннотация

Комментировать   : 0 : 0 : 0 : 0 : 0 : 0  
Книга - Какая музыка была!. Александр Петрович Межиров - читать в ЛитВек

Жанр: Поэзия

Серия: -

Год издания: 2014

Язык книги: русский

Страниц: 68

Доступен ознакомительный фрагмент книги!

Читать

Формат: fb2

 Фрагмент

Александр Межиров (1923–2009) – русский поэт, наставник нескольких поэтических поколений. Фронтовик, автор пронзительных стихотворений о войне. «Без него невозможно представить эту эпоху. Вот попробуйте выньте Межирова из эпохи, даже не только из... ... Полная аннотация

Комментировать   : 0 : 0 : 0 : 0 : 0 : 0  
Книга - Моё лучшее стихотворение. Илья Григорьевич Эренбург - читать в ЛитВек

Жанр: Поэзия

Серия: Антология поэзии #1961

Год издания: 1961

Язык книги: русский

Страниц: 80

Читать

Формат: fb2

 Скачать

Одно лучшее стихотворение. Да разве оно существует? Для самого поэта лучшим стихотворением является то, которое он когда-нибудь напишет. А что значит лучшее? Чем одно лучше другого? И все-таки оно существует, это лучшее стихотворение, — то, в... ... Полная аннотация

Комментировать   : 0 : 2 : 0 : 0 : 0 : 0  
Книга - Стихи. Александр Петрович Межиров - читать в ЛитВек

Жанр: Поэзия

Серия: -

Год издания: -

Язык книги: русский

Страниц: -

Читать

Формат: fb2

 Скачать

Аннотация к этой книге отсутствует.   На страницу книги

Комментировать   : 0 : 0 : 0 : 0 : 0 : 0