ЛитВек: бестселлеры недели
Бестселлер - Татьяна Витальевна Устинова - Серьга Артемиды - читать в ЛитВекБестселлер - Анушка Риз - Умный гардероб - читать в ЛитВекБестселлер - Алан Гринспен - Капитализм в Америке: История - читать в ЛитВекБестселлер - Марина Суржевская - Я тебя рисую - читать в ЛитВекБестселлер - Эсме Швалль-Вейганд - Выбор - читать в ЛитВекБестселлер - Борис Акунин - Первая сверхдержава. История Российского государства. Александр Благословенный и Николай Незабвенный - читать в ЛитВекБестселлер - Эмили Нагоски - Выгорание - читать в ЛитВекБестселлер - Александр Евгеньевич Цыпкин - Полное собрание беспринцЫпных историй - читать в ЛитВек
ЛитВек - электронная библиотека >> Александр Исаевич Солженицын >> Публицистика и др. >> Игра на струнах пустоты
ИГРА НА СТРУНАХ ПУСТОТЫ*


Мы публикуем ответное слово А. И. Солженицына на присуждение литературной награды Американского Национального клуба искусств в 1993 году. 15 лет назад, когда эйфория от обретенной свободы и от предчувствия новой жизни окрыляла многих в нашей стране, Александр Исаевич указывал на то, что подлинная новизна жизни не может возникнуть сама по себе, что, будучи построенной на пустоте, она несет в себе лишь разрушение. Сегодня, когда Солженицына уже нет, наступает момент выбора: будем ли мы строить свое будущее на фундаменте в том числе и его наследия или снова станем «футуристами», не помнящими родства?.. 


Редакция



В искусстве давно живет истина, что «стиль — это человек». То есть если мы имеем дело с музыкантом, артистом, писателем достаточного художественного уровня, то все его произведения определяются неповторимым, уникальным сочетанием его личности, его творческих способностей и его жизненного опыта — индивидуального, а еще и национального. И поскольку такое сочетание неповторимо, то искусство — но я здесь буду больше подразумевать литературу — имеет бесконечное разнообразие и в веках, и у разных народов. Божий замысел таков, что нет предела появлению все новых удивительных творцов — однако никто из них нисколько и ни в чем не отменяет созданного его выдающимися предшественниками, хотя бы


от тех прошло уже пятьсот лет или две тысячи. И никогда нам не закрыты пути ко все новой свежести, — однако это не отнимает у нашей благодарной памяти всего прежнего.


Никакое новое творчество — сознательно ли, бессознательно — не возникает без органического примыкания к созданному прежде него. Но и: здоровый консерватизм как в самом творчестве, так и в восприятии его должен быть гибок, сохранять равную чуткость и к старому, и к новому, и к уважаемой достойной традиции, и к той свободе поиска, без которой не рождается будущее. Однако художник не может и забыть, что свобода творчества — опасная категория. Чем меньше ограничений он сам наложит на свое творчество, тем меньше будут и возможности его художественной удачи. Утеря ответственной организующей силы — роняет и даже разрушает и структуру, и смысл, и конечную ценность произведения.


Каждая эпоха и в каждом виде искусства много обязана крупным художникам, в трудном поиске плодотворно открывающим новые смыслы и ритмы. Но в нашем XX веке необходимое равновесное отношение к традиции и к поиску нового было не раз резко нарушено ложно понятым «авангардизмом» — звонким, нетерпеливым «авангардизмом» во что бы то ни стало! Такой авангардизм начинал еще до Первой мировой войны с разрушения общепринятого искусства, его форм, языка, признаков, свойств — в порыве построить некое «сверхискусство», которое якобы будет непосредственно творить и саму Новую Жизнь. В литературе звучало и такое, что отныне ее «надо начать с чистого листа бумаги». (Иные почти на этом и остановились.) Разрушение — и оказалось апофеозом этого штурмующего авангардизма: разрушить всю предыдущую многовековую культурную традицию, резким скачком сломить и нарушить естественное развитие искусства. И этого надеялись достичь бессодержательной погоней за новизной форм как главной целью, притом снижая требования к своему мастерству даже до неряшливости, до примитивности, а то и с затемнением смысла — до зауми.


Этот агрессивный порыв можно было бы счесть всего лишь амбицией честолюбий, если бы в России — прошу прощения собравшихся, что я буду больше говорить о России, но в наше время нельзя обминуть тяжелый и глубокий русский опыт, — если бы в России он не предварил, не предсказал собою и своими ухватками — вскоре наступившую разрушительнейшую физическую революцию XX века. Сотрясательная революция, прежде чем взорваться на улицах Петрограда, взорвалась в литературно-художественных журналах петроградской богемы. Это — там мы услышали сперва и уничтожающие проклятия всему прошлому российскому и европейскому бытию, и отметание всяких нравственных законов и религий, призывы к сметению, низвержению, растоптанию всей предыдущей традиционной культуры при самовосхвалении отчаянных новаторов, так и не успевших, однако, создать что-либо достойное. Среди тех призывов звучало буквально: уничтожать Расинов, Мурильо и Рафаэлей, так, «чтобы щелкали пули по стенам музеев», классиков русской литературы начисто «выбросить за борт корабля современности», а вся культурная история теперь начнется заново. Все «вперед! вперед!» — себя они называли уже «футуристами» — как бы перешагнувшими и через современность, и вот дарили нам несомненное искусство Будущего.


Но грянула уличная революция — и те «футуристы», которые недавно в своем манифесте «Пощечина общественному вкусу» призывали развивать «непреодолимую ненависть к существовавшему до сих пор языку», — эти «футуристы» теперь сменили свое название на «Левый фронт» — уже прямо политически примыкая к революции с ее самого левого края. Так прояснялось, что прежние рывки «авангардизма» были не просто литературной пеной, но имеют реальное продолжение в жизни, направлены были сотрясти не только всю культуру, но и саму жизнь. И пришедшие к беспредельной власти коммунисты, чьим гимном и было «разрушить до основания» весь существующий мир, а взамен, на беспредельном же насилии, строить Неведомый Прекрасный Мир, — коммунисты не только распахнули этой орде «авангардистов» широкие возможности публичности и популярности, но даже некоторым — как верным своим союзникам — административную власть в культуре.


Правда, и бушевание этого лже-«авангарда», и его власть в культуре не длились долго: за тем наступил всеобщий обморок культуры. Мы в СССР понуро побрели через 70-летний ледниковый период, под корой которого лишь тайно пульсировали несколько великих поэтов и писателей, до поздней поры почти неведомые своей стране, а тем более миру. С окостенением советского тоталитарного режима — и его дутая лжекультура окостенела в омерзительно парадных формах так называемого «социалистического реализма». О его сути и значимости нашлись охотники писать немало критических исследований — а я бы не писал ни одного, ибо он — вообще вне рамок искусства, ибо не существовало самого объекта — стиля «социалистический реализм», — а доступная любому бытовому взгляду простая угодливость: стиль «чего изволите?» или «пиши так, как приказывает Партия». О чем же тут научно толковать?


Но вот — мы пережили эти 70 смертных лет в чугунной скорлупе коммунизма — и на четверть живые выползаем из нее. Наступила несомненно новая эпоха — и для России, да и для всего мира. Россия — дотла
ЛитВек: бестселлеры месяца
Бестселлер - Кейт Феррацци - «Никогда не ешьте в одиночку» и другие правила нетворкинга - читать в ЛитВекБестселлер - Маргарита Дорофеева - Глаза странника - читать в ЛитВекБестселлер - Нассим Николас Талеб - Одураченные случайностью. Скрытая роль шанса в бизнесе и жизни - читать в ЛитВекБестселлер - Ролан Антонович Быков - Я побит - начну сначала! - читать в ЛитВекБестселлер - Ларри Кинг - Как разговаривать с кем угодно, когда угодно, где угодно - читать в ЛитВекБестселлер - Виктор Суворов - Змееед - читать в ЛитВекБестселлер - Эрих Фромм - Иметь или быть? - читать в ЛитВекБестселлер - Джон Кехо - Деньги, успех и Вы - читать в ЛитВек