ЛитВек: бестселлеры недели
Бестселлер - Айн Рэнд - Источник - читать в ЛитВекБестселлер - Элена Ферранте - История о пропавшем ребенке - читать в ЛитВекБестселлер - Дэн Браун - Происхождение - читать в ЛитВекБестселлер - Ли Бардуго - Продажное королевство - читать в ЛитВекБестселлер - Алёна Долецкая - Не жизнь, а сказка - читать в ЛитВекБестселлер - Роберт Брындза - Девушка во льду - читать в ЛитВекБестселлер - Тензин Гьяцо - Книга радости. Как быть счастливым в меняющемся мире - читать в ЛитВекБестселлер - Екатерина Валерьевна Мартынова - Исповедь узницы подземелья - читать в ЛитВек
ЛитВек - электронная библиотека >> Дэвид Лэнгфорд >> Киберпанк >> BLIT

Дэвид Лэнгфорд BLIT

Словно тебя схватили на полпути сквозь вспыхнувшую пленку. Очки раздробили тусклую улицу, разрезали на части и заново собрали вдоль диагональных линий: пылающая надпись «КЕБАБЫ» транспонировалась в стиль, который называют «Дребезги». Безопаснее очки не снимать, решил Роббо. Даже в мерцающем электрическом полусвете перед рассветом никогда не знаешь, что увидишь. Просто не повезло, что трафарет выпрыгнул у него из-под руки и развернулся перед глазами, пока он шарил его на тротуаре.

Это должно быть хорошее место, позади (разбитой вдребезги) автобусной остановки номер 34. Это его часть города; женщины здесь ходят стайками каждое утро, щебеча в своих сари, словно яркие заграничные канарейки. Хорошее место, возле заколоченного досками окна магазина, толстого от наклеенных объявлений.

Роббо просканировал улицу на движение, взглянув на собственную руку, чтобы увериться в смутном спагетти пальцев. Армейские очки с гарантией — у Группы есть друзья в забавных местах — но говорят, что глаз в конце концов приспосабливается. Однажды что-то щелкает и выскакивают ясные очертания. Он вздрогнул, когда развернулся толстый пластик, потом нервный момент прошел, левая рука прижала трафарет к излохмаченному плакату, а в правой зашипел баллончик с краской.

Сладковатый, дурманящий запах автомобильной быстросохнущей краски странно не соответствовал акту терроризма.

Он обнаружил, что потерял бдительность, расслабился в этих фальшивых сумерках и глядя сквозь линзы: когда он скатывал Попугая, на пальцах остались липкие пятна. Пройдет несколько часов, и в ярком утреннем свете коричневые женщины сыграют в игру «гляделки». Боже, сколько времени прошло с тех пор, как он ребенком играл в нее? Должно быть, лет пять. Тот, кто вытащил карту убийцы, перехватывает твой взгляд и подмигивает, и тебе приходится умирать в корчах и судорогах. Чтобы выжить, надо определить убийцу первым и выступить с обвинением — или по крайней мере понимать, на кого не надо смотреть.

Холодно. Время двигаться, искать другое место. В очках, или без них, но он уже не станет оглядываться на картинку Попугая. Ибо тот может подмигнуть.

* * *

СЕКРЕТНО * ВАСИЛИСК

Только для входящих в список UK В[IV].

…называется так из-за своих очертаний, когда обработан для безопасного разглядывания, ибо повсеместно считается, что он имеет сходство с птицей. Обработанный (анаморфически растянутый) частичный образ представлен в Приложении 3 к этому отчету, стр. П3-2. УКАЗАННУЮ СТРАНИЦУ НЕЛЬЗЯ РАЗГЛЯДЫВАТЬ НИ ЧЕРЕЗ КАКИЕ ЦИЛИНДРИЧЕСКИЕ ЛИНЗЫ. СЖИМАТЬ ИЗОБРАЖЕНИЕ СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО. ПОЖАЛУЙСТА, ПЕРЕД ТЕМ, КАК ПРОДОЛЖИТЬ ЧТЕНИЕ, ПРОЧИТАЙТЕ СТР. П3-1.

2.6. Это первый пример техники логических образов Берримана (ТЛОБ, английское сокращение BLIT — Berryman Logical Image Technique), полученный в работах по ИИ в суперкомпьютерном подразделении Кембридж-IV, ныне не продолжающихся. В. Берриман и К.М. Тернер в работе [3] выдвинули гипотезу, что программы распознавания образов достаточной сложности могут быть уязвимы для «геделева входного шока» в форме данных, несовместимых с внутренним представлением. Берриман пошел дальше и предположил, что существование такого потенциального входа является логической необходимостью для…

2.18. Подробности построения BLIT-образов Берримана-Тернера на данном уровне секретности недоступны. Подробности возможного нарушения секретности в Кембридже-IV как недоступны, так и до конца не известны. Точные оценки количества жертв в Кембридже-IV в настоящее время скрываются (до рассмотрения судом).

* * *

— ИРА как-то добралась до него, — сказал Мак. — Временные. Мы тоже кое-чем промышляли в тех же местах, желе и все такое. Они и нам копирнули, вот что.

Картонная трубка в руках Роббо вдруг стала вдесятеро тяжелее. Он ожидал карты, плана действий Группы, возможно чертеж, чтобы заложить чего-нибудь гнусное в сикхский храм на улице Виктории.

— Ты хочешь сказать, эта штука работает?

— Да! Я попробовал его… на добровольце. — Он ухмылялся. Просто ухмылялся и подмигивал. — Слушай, такая ядовитая штука. Рядом с нею носи очки. Если просрешься и ясным взглядом посмотришь даже на кусочек Попугая, то вот и все. Так мне сказали. Запрись с бутылкой водки и отключись полностью. Такое обеззараживание стирает кратковременную зрительную память, что-то в этом роде.

— Боже. А как же Временные. Если у этой сказки есть зубы, то почему она?… — Роббо закончил неопределенным жестом, намекавшим на бумажную нейтронную бомбу.

Улыбка Мака стала шире, демонстрируя агрессивную зазубренную полоску коричневатых зубов, как всегда бывало, когда он говорил о главной акции Группы.

— Может, у них родилась новая забавная идея… а, может, они расходуют время на что-то большее. Подумывал когда-нибудь о захвате телестанции? Всего на часок? Не думай, а то станет плохо.

…Мертвые телеэкраны смотрели на него из другого покрытого трещинами магазинного окна, из простой забегаловки, которая также давала в аренду индийские видеофильмы. Ее и выбрали за это. Почему эти тараканы не хотят выучить английский? Группа даст им намек: трафарет с Попугаем уже на месте, банка выскользнула из кармана, самая лучшая реакция на всем западе. В школе Роббо никогда не побеждал в драках, его всегда били до жгучих слез, и он научился хорошим, безопасным, удовлетворяющим методам расплаты. Мины-ловушки Группы АА — самые лучшие из всех, такое регулярное и прилипчивое пристрастие.

Лучше, если это будет последнее или предпоследнее задание. Двадцать — хорошее, круглое число, однако небо, похоже, светлеет за скрывающим все оранжевым городским светом.

Если он обойдет кругом улицу Альма, то сможет ударить по «Маркизу Гранбай», где, как все говорят, собираются местные гомики. Захватили старый, добрый паб, извиваются ужами и даже не стыдятся, заражают СПИДом, только взглянув на тебя, сволочи. Прямо в центре их стеклянной входной двери, значит, ярко-алым, в фут высотой…

Свет ударил его железным кулаком. Очки преобразовали свет в болезненно-яркие полосы. Роббо крутнулся на пол-оборота, пытаясь заслонить глаза чем-то тяжелым и порхающим в левой руке. В этом тяжелом оказалась неровное отверстие, свет мощного фонаря просветил насквозь, и совсем рядом раздался голос:

— А не скажешь ли мне, что ты?…

Когда луч опустился и голос замер, он увидел сквозь