во второй и последний раз где-то в начале пятидесятых. Тогда он уже был академиком, жил в Москве и вдруг позвонил: дескать, приехал по делам на несколько дней, хочет повидаться.

Я прекрасно помню, что мама приглашать его к нам не хотела: мы по-прежнему жили в коммуналке, а он в отдельном коттедже на Воробьевых горах, к тому же он сказал, что его повсюду сопровождают два секретаря, так что в гости к нам он придет с ними. Мама отчетливо дала понять, что такие визиты ей не нравятся, но Лев Андреевич настаивал и все-таки пришел, правда, только с одним секретарем, второй остался внизу, в машине. Разговор, при котором я присутствовала, не клеился, помню, Лев Андреевич все приглашал нас с мамой к себе в гости, в Москву, говорил, что меня повозят по Москве на машине, что в доме у него есть киноаппарат и можно будет посмотреть интересные фильмы.

Не помню, что говорила мама, угощая двоюродного брата чаем с печеньем, специально испеченным тетей Гелей, а вот я, надувшись и глядя на академика (подумаешь — цаца!) исподлобья, четко дала понять: в автомобилях не нуждаюсь, мне больше нравится московское метро, а в кино и так хожу, когда хочу.

Кто-то из родственников говорил потом, как Лев Андреевич, рассказывая об этом визите, произнес: «Какая у Лели неприятная девочка». И был совершенно прав.

Нина Катерли родилась в Ленинграде. Прозаик и публицист, автор восьми книг и многих журнальных публикаций.