Литвек - электронная библиотека >> Петр Думиника >> Попаданцы и др. >> Первый сборник

Удобный выход


– Фамилия, имя, отчество, – седой полковник внимательно оглядывал столь же седого, не по годам постаревшего призывника.


– Снегирёв Илья Александрович, – щуплый, голый по пояс парнишка смотрел без всякого выражения прямо в глаза полковнику, отчего тому стало не по себе.


– Возраст! – полковник пытался скрыть своё смущение за бюрократическим тоном и протокольными словами. Серьёзное, бесстрастное выражение лица, и взгляд бывалого, многое повидавшего солдата сильно контрастировали с холёным, не знавшим труда телом сыночка мажора.


– Двадцать один год, – худенького парнишку не могли смутить даже напускной суровый вид солидного полковника в форме с орденами.


– Что же вы, гражданин Снегирёв не хотите исполнять свой гражданский долг? – в личном деле призывника красным было обведено: “Задержан в связи с уклонением от обязательной срочной службы в армии. Скрывался в Зоне аномального образования на территории Чернобыльской АС”.



– Да что ж это такое!!! – прокричал Снегирь в бешенстве. Задыхаясь после долгого бега, он резко остановился, крутанулся на месте, одновременно сорвав с плеча автомат и дав очередь навскидку в ту сторону, откуда только что бежал. Несмотря на гул в ушах и красные круги перед глазами, он увидел, что его преследователи легли напуганные стрельбой и, сделав над собой усилие, сумел побороть соблазн выпустить весь рожок в тварей. Снегирь присел на одно колено, ожидая, когда дыхание успокоится, и руки перестанут трястись. Он внимательно обшаривал окрестности взглядом пытаясь понять, что же его так насторожило. Однако бег вымотал его больше, чем он себе представлял- ещё долго кровь стучала в висках и грудь ходила ходуном. Выносливости у Снегиря не было никакой, долгие годы курения, пьянок и отсутствия нагрузок не могли не сказаться на физической форме. А бегать приходилось всё чаще и чаще. И это в Зоне! Там, где все ходят медленно и осторожно, внимательно прислушиваясь к каждому шороху, стараясь не издавать шума, иногда даже провешивая свой путь камешками или гайками. Снегирь находился в Зоне уже третий день. И все эти три дня ему приходилось бегать как угорелому. Сначала через оцепление от солдатских пуль, потом от каких-то тварей, похожих на мокриц величиной с корову, теперь вот от этой гадины.



С мокрицами вчера вообще как-то нехорошо получилось. Кум якобы вспомнил, что оставил два рожка для “калаша” под мотоциклетной коляской. И естественно, послал за ними Снегиря, как самого молодого. У Кума висел бинокль на шее. Вот в него он и углядел, видимо, этих мокриц. Наверное, решили разыграть новичка. Шутники, блин. Осторожно пробираясь к проржавевшей коляске, Снегирь оглянулся и увидел, как Кум с Жёлудем медленно идут по направлению к металлической опоре ЛЭП. Это уже потом Снегирь догадался, что они хотели повыше взобраться, чтобы с высоты расстрелять мокриц, самим оставаясь в безопасности.


От опоры до коляски было недалеко, всего-то метров семьдесят. Но коляска эта выглядела очень уж подозрительно. Она лежала на краю разлома в грунте. Как-то странно она лежала, без видимой опоры держалась на одном колесе. И расщелина эта не внушала доверия. Правильным прямоугольником шла точно параллельно дороге. Снегирь ещё раз окинул своих товарищей печальным взглядом, отчаянно желая быть сейчас с ними, тяжело вздохнул и зашуршал щебнем к странной коляске. Несмотря на все уверения Кума в полной безопасности этого места, Снегиря никак не могла покинуть давящая тревога и предчувствие чего-то очень плохого. Не выпуская из потных, мелко подрагивающих рук АКСУ, Снегирь обошел коляску со стороны дороги и заглянул в разлом.

–Мммать!!!– крик сам собой вырвался из груди. Четыре шарообразных камня, напоминавших арбузы, внезапно развернулись и стремительно побежали. Прямо на Снегиря, всего в двух метрах от него, из разлома полезли четыре жуткие огромные твари. Бронированные, сплошь в толстых пластинах, они перебирали своими мелкими ножками так быстро, что Снегирь едва успел отпрыгнуть с пути одной из них. Шевеля усищами, дробно стуча лапками, огромные ракообразные бросились врассыпную от подошедшего Снегиря, едва не сбив его с ног. Короткая автоматная очередь прошлась по морде ближайшей мокрицы и выдрала ей глаза. Тварь остановилась, развернулась в сторону Снегиря и, капая голубоватой жидкостью, ринулась прямо на сталкера. Коротко взвыв, Снегирь припустил от неё так, как, наверное, никогда не бегал в своей жизни. С дикими криками он понёсся под защиту своих товарищей, медленно идущих от него…



Снегирь ошалело сел на земле, утирая разбитое в кровь лицо. Мокрица протопала мимо, даже не удостоив его шевелением усика. Сталкер только сейчас начал осознавать странность происходящих событий. Кум с Жёлудем как то странно медленно двигались, очень долго выполняя каждое движение. С того места где Снегирь их оставил они продвинулись всего на пять метров. И это за пятнадцать минут, не считая того, сколько он провалялся без сознания! Снегирь это хорошо запомнил, потому, как они разошлись от остатков трансформатора. Вот и вспоротое брюхо масляного бака валяется неподалёку. А вот и скрученные уголки с арматурой – всё что осталось от фундамента трансформаторной подстанции.


– Это обо что же я приложился-то так?– Снегирь растерянно ощупывал сломанный нос, -Слышь, Жёлудь, чего это за стенка тут такая невидимая?


Сидя на земле и проверяя, всё ли у него на месте, сталкер вдруг замер. Вокруг двух фигур, застывших в пяти метрах от него, расплывался пурпурный ореол. Приглядевшись повнимательнее, он смог увидеть едва различимый мешок, в центре которого находились его товарищи. По мешку словно прошла судорога, рябью расходившаяся от низа к верху, вот эта судорога и выдала невидимую аномалию . “Да это же “желудок”!”– с ужасом осознал Снегирь. Даже не вставая с земли, в полу сидячем положении, сталкер стал резво перебирать руками и ногами, спиной вперёд улепётывая от гиблого места. “Так вот почему я об него ударился,– понимание медленно просачивалось в охваченный паникой мозг, – Эта хрень только на большой скорости не проницаема, как вода. ” Выходило, что бег спас жизнь Снегирю – если бы он шёл так же медленно, как и его товарищи, перевариваться бы ему вместе с ними. Даже камешки не показали опасность. Голова Кума медленно повернулась в сторону Снегиря. “Желудок” уже успел разъесть кожу лица и, теперь Кум смотрел на товарища, скалясь безгубым черепом облепленным мышцами и сухожилиями, в глазницах