Ковальчук Алексей Мир Валькирий. Террариум


ПРОЛОГ

Королевство Эфиопия. Побережье Красного моря.

На небольшом валуне, недалеко от линии прибоя, сидела женщина. Несмотря на хороший загар и темные волосы, в ней легко можно было опознать уроженку какой-нибудь европейской нации, а не аборигенку африканского континента. Никто не дал бы ей больше тридцати пяти лет, хотя фактический возраст уже давно перевалил за пятьдесят — один из эффектов инопланетного вируса, давшего продолжительную молодость всем жителям этой планеты. Взгляд, обращенный в сторону морской бесконечности, ясно говорил о тяжелых раздумьях этой, безусловно очень красивой и явно привыкшей повелевать женщины. Сорок лет назад княжна и наследница сильного клана в один перевернувший всё день превратилась в главу изгнанного рода. Изгнанного навсегда, без права возвращения на родину. Казалось бы, пятнадцатилетняя девочка должна была быстро привыкнуть к новым условиям и смириться с жизнью в этом новом, изменившемся мире. Но привыкнуть не получилось. Боль и тоска по седым Уральским горам, воспоминание о морозной свежести, которой так не доставало в этой жаркой стране, терзали её душу и тисками сжимали сердце, заставляя в бессилии беззвучно плакать, когда никто не мог видеть слезы юной главы рода. Первые двадцать пять лет прошли под эгидой уныния и в постоянной борьбе с желанием махнуть рукой на Африку и вернуться домой. Плевать на смертную казнь, плевать на всё… Главным было одно – снова вдохнуть полной грудью живительный воздух своей Родины. Хотя бы на один день ощутить не удушающий и иссушающий зной Африки , а тёплые и иногда жаркие, но всегда ласковые объятия солнышка родимой стороны , увидеть дорогие сердцу места. Ради этого можно было умереть — так ей казалось.

А потом ей подарили надежду. Двадцать лет назад в её сердце зажглась вера на чудо. Вернуть титул и статус, родовые земли и вновь обрести былую силу. И она поверила, не могла не поверить, ибо слишком этого жаждала. Но ничто не дается просто так, а за такую возможность требовалось поставить на кон всё, что осталось – свою жизнь и существование всего рода. Она согласилась сразу же — безнадежно влачить это жалкое подобие на когда-то полную красок свободу ей не хотелось совершенно. Двадцать лет работы, труда, поиска нужных людей завершены, и совсем скоро она сделает свой ход, который либо вознесёт её на вершину, либо низвергнет на такое дно, что о ней не останется даже воспоминаний. Но она верила, что с такой покровительницей должно всё получиться. Все роли расписаны, актеры заняли свои места, и сомненьям нет места в этой пьесе – осталось только безукоризненно отыграть свою часть. У них даже цель благородная: её род поможет восстановлению справедливости, сиречь вернуть законной владелице то, что принадлежит ей по праву. И пусть многие при этом умоются кровью – её это совершенно не смущает. При таких ставках на подобную мелочь не принято обращать внимание. Батальон изгоев, отверженных или просто бегущих от больших неприятностей. Разные страны и судьбы, но каждая дошла до черты и хочет всё изменить. И главное, что им всем, кроме жизни, больше нечего терять.


Глава 1 БРИЗ

Гавайские острова.

Вы когда-нибудь были на нудистском пляже? Ну—у, допустим, кое-кто имел это сомнительное удовольствие. А были на таком пляже, где мужиков почти нет, а сотни отдыхающих прелестниц как будто только что сошли с обложек модных журналов или с подиума очередного конкурса на звание "Мисс Вселенная", "Мисс красивая грудь" и тому подобных? Кажется, кое-кто стал мне завидовать? Однако вы торопитесь.

Представьте себе, что большая часть этих привлекательных и стройных девушек отдыхала в этом благословенном месте практически в голом виде. Абсолютно все красавицы ходили, лежали или плавали с обнаженной грудью, а половина из них и такую мелочь, как плавки, даже не потрудились надеть. Оба–на! Это кто там меня назвал сволочью? Душите зависть, дамы и господа, если у кого вдруг она проснулась, — сейчас начнете соболезновать.

Если бы я тут был в качестве секс–туриста, то можно было считать, что я попал в рай. Но в моем нынешнем положении окружающие меня соблазны больше походили на адовы муки. Да уж, идти в такое место без собственной девушки под рукой было очень плохой идеей. И страдаю я теперь потому, что не захотел приобщаться к японской культуре и сбежал от чайной церемонии и велеречивых разговоров. Мне первого раза хватило выше крыши.

И в сегодняшних моих мучениях виновата одна милая японка, по имени Мидори — чтоб она своим чаем подавилась – по совместительству являющаяся главой клана Мията. Эх, а ведь поначалу все так хорошо начиналось.

После Маньчжурских приключений и возвращения в Нижний Новгород я плотно засел за артефакторику. Значительных сдвигов пока не было, ибо я продолжил активно учить материал, который одаренные девочки постигают ещё в школе. Это дело меня неожиданно увлекло, и мой мозг радостно впитывал в себя новую информацию. Видно, побегав и вволю постреляв, а местами пройдя совсем по краю между жизнью и смертью, душа обрадовалась абсолютному покою. Все-таки в специальности артефактора что-то особое есть, а удовлетворение от хорошо проделанной работы мало с чем сравнится. К концу третьего месяца у меня, наконец-то, стало получаться использовать все остальные звезды из своего источника для создания уже универсальных амулетов. Видно, хорошая практика и ранг Гамма, которого я достиг, позволили мне оперировать своей силой почти в полном объеме. Правда все атакующие техники, кроме огня и воздуха, получались на уровне очень слабой Дельты. Но даже это добавило мне радости и позитивного настроя. Я вывел для себя формулу – развитие должно идти комплексно. И если я не буду тренировать в себе умение артефактора, то как воин смогу по-прежнему оперировать только воздухом и огнем. А после трех месяцев активной работы над созданием специфических узоров я смог выполнить несколько атакующих техник из других стихий. Особенно хорошо стал откликаться лёд, и это однозначно добавляло мне хороших эмоций.

Но только у меня стало получаться творить что-то стабильно работающее, как моя любимая жена решила внести корректировку в наши согласованные планы. Ну как говорится – беременной женщине можно всё, даже то, чего нельзя. Да—да, моя Ольга снова беременна — пятая неделя пошла. Поэтому когда однажды вечером моя красавица влетела ко мне в мастерскую и безапелляционным тоном заявила, что мы летим на море и прямо сейчас, я только хмыкнул и молча пошел собирать чемодан. Мне казалось, что мы повторим свой постоянный маршрут и будем, как всегда, отдыхать в Крыму, ведь за четыре года, прожитых вместе, мы посетили этот полуостров уже три раза. Но в этот раз мою жену клюнула птичка покрупнее, и я уже в самолете узнал, что мы летим на Гавайи. Такая новость не могла меня не порадовать. В прошлой жизни мне не довелось побывать на таких экзотических курортах, а потому информацию воспринял весьма позитивно.

В этом мире Гавайские острова принадлежали Японии. Большей частью этого архипелага владели два союзных клана Мията и Такаяма, а два небольших острова принадлежали свободному полинезийскому роду Вхету. Головным островом владел клан Мията, имевший давние и дружеские отношения с нашим кланом. По прилету нас встретили улыбающиеся девушки и сопроводили на изумительную по красоте виллу, находящуюся на закрытой территории, прямо на побережье бескрайнего Тихого океана. Белоснежный трех-этажный дом, построенный – как подсказала мне Ольга — в стиле неогрек, выглядел солидно и очень гармонично вписывался в буйство тропической растительности, окружавшей его.

Помимо нашей небольшой семьи из трех человек, нас сопровождали восемь Альф и десяток одаренных рангом пониже. Едва мы начали испытывать райское наслаждение от отдыха в таком экзотическом месте, как на остров прибыла глава клана Мията и сходу пригласила нас к себе во дворец на дружеский ужин. Все было обставлено на японский манер, и мы с Ольгой, чтобы уважить гостеприимных

ЛитВек: бестселлеры месяца
Маркетинг в социальных сетяхИнгредиенты: Химия и алхимия гастрономического творчестваЗаписки человека долга (сборник)Homo Deus. Краткая история будущегоПентаграммаВоздушный стрелок IVЖестокая игра. Тень войныЧужая сила