ЛитВек: бестселлеры недели
Бестселлер - Элизабет Гилберт - Есть, молиться, любить - читать в ЛитвекБестселлер - Андрей Валентинович Жвалевский - Время всегда хорошее - читать в ЛитвекБестселлер - Макс Фрай - Лабиринт Мёнина - читать в Литвек
Литвек - электронная библиотека >> Юрий Захарович Иванов-Милюхин >> Исторические приключения >> Чеченская рапсодия >> страница 2
которые тоже взялись за оружие, но и сам хорунжий покалечил главаря, отрубив ему ногу выше колена.


— Вот мы и встретились, Панкрат, — покривил он тонкие губы. — Если гора с горой не сходятся, потому что они каменные, то человеку это свойственно. Человек — существо суетливое.


— Если случай свел нас вновь, то почему бы нам не продолжить поединок, — ощущая, что начинает превращаться в настоящего зверя, немедленно откликнулся казак. — Прикажи своим головорезам расчистить место, и приступим.


— Ты хочешь, чтобы мы померялись силой прямо здесь? — уперся руками в бока абрек.


— Лучшего места, Муса, нам сейчас не сыскать, — подзадорил чеченца хорунжий. — Надеюсь, ты не забыл, как хотел ускакать от меня, когда мы сошлись с тобой на подворье нашего дома? Тогда я успел достать тебя шашкой, штанина, вон, до сих пор пустая. Видать не отросла нога-то. Так что продолжим, Муса, ведь ты же мужчина.


— С поединком ты опоздал, казак, — с угрозой ухмыльнулся абрек. — Во-первых, тут не место для выяснения отношений, а во-вторых, ты прекрасно знаешь, что скоро здесь будут и часовые с кордона, и русские с казаками из станицы.


— Тогда что ты предлагаешь? — ощерился Панкрат, успокаивая кабардинца, пытавшегося подняться на дыбы.


— Тебе ничего не остается, как сдаться на милость победителя, — хохотнул разбойник. — Мы наслышаны о сокровищах, которые твой отец привез из похода в страну, где правил Наполеон. Вот пусть он с нами и поделится этими драгоценностями. За тебя.


— Ты в своем уме? Откуда ты знаешь об этом? — опешил хорунжий. — Даже я не ведаю, что у батяки есть, а чего нет.


— А мы знаем, потому что и у вас, и у нас есть люди, помнящие, на какие деньги Дарган выкупил дом у войсковой старшинихи, на какие содержал табуны лошадей, за которыми присматривали конюхи с пастухами, — начал перечислять главарь. — Несколько лет назад он отправил твоего брата Захара учиться в Санкт-Петербург, а ведь за учебу и проживание сип-сиповичи берут немалую плату. А сейчас на каникулы приехал твой младший брат Петрашка, он тоже три года как в московских университетах. На все про все нужны большие деньги.


— Батяка с мамукой оплачивают учебу деньгами, вырученными от продажи лошадей. Про это тебе никто не говорил?


— Не спорю, на Кавказе лошади — первый товар после оружия, но их или разводят сами, или угоняют у ленивых, или силой отбирают у слабых. Покупают лошадей редко, состояния на них не сделаешь, — покривился Муса и тут же прищурил бесцветные глаза. — Мы считаем, что у Даргана после французского похода остались сундуки, полные золота, потому что здесь тратить сокровища не на что.


— Тогда попробуй найти эти сундуки и забрать их себе, а за меня ты ломаного гроша не получишь, даже если этот грош, как ты говоришь, и найдется в нашей семье, — взорвался хорунжий. — Выходи на поединок, и пусть твои прихвостни станут свидетелями, как ты кончишь свою жизнь паршивым бараном. Каким ты и был всегда.


Главарь абреков завилял налитыми бешенством глазами, оскорбления казака хлестко ударили по его щекам, вспыхнувшим огнем ярости.


Затем он процедил сквозь зубы:


— Я уже сказал, что с удовольствием сразился бы с тобой один на один, как повелевают законы наших гор, но у нас нет времени, — он нервно подергал усами. — Твоего брата мы переправили за Терек, цена ему уже определена. Очередь за тобой.


— Вы захватили его?.. — подался вперед Панкрат.


Его словно окатили ледяной водой, он вспомнил, что Петрашки не оказалось среди убитых станичников.


— Если это правда, то ты мой кровник до конца твоих дней. Говори, бешеный зверь, что ты решил сделать с братом?


— Твои дни, хорунжий, тоже сочтены. А малолетку мы продадим в рабы тому, кто больше за него заплатит русскими деньгами, — сверкнул стальными зрачками абрек и коротко приказал своим воинам. — Взять казака.


В одно мгновение Панкрат оценил обстановку. Отбросив мысль о мести, он рванул уздечку на себя и швырнул кабардинца на кинувшихся к нему разбойников. Боевой конь легко взметнулся над их папахами и опустился за спинами нападавших, позволив хозяину ударом шашки на лету срубить голову самому назойливому. Тело лошади распласталось над тропой в летящем галопе, унося всадника от места засады.


— Стреляй! — донесся до него заполошный вопль главаря. — Догнать гяура!..


Но выстрелов не последовало, абреки не успели перезарядить свои старинные ружья с полками для пороха, а пистолетами купцы снабдили горцев пока не всех. Панкрат никогда не стегал нагайкой своего жеребца, однако сейчас бока лошади избороздили кровавые полосы. Ему казалось, что камышовые заросли никогда не закончатся. Коричневые махалки били по лицу не переставая, мешая рассмотреть что-то дальше взметенной ветром гривы, они лупили наотмашь, осыпая черкеску и спину скакуна твердыми крупинками семян. Наконец впереди засветился просвет, копыта кабардинца застучали по твердой земле, но Панкрат не прекращал стегать его по бокам, крутясь налево и направо.


Он скрипел зубами не только оттого, что умудрился, как едва оперившийся малолетка, попасть в самый центр засады, устроенной абреками, ненавидел себя еще и за то, что разрешил братьям поехать с ним на кордон нести службу. Нужно было, как советовала мамука, отправить их на учебу в университеты и больше никогда не допускать до казачьей службы с походами на правый, враждебный, берег Терека.


Раньше ведь так и было. Как только заканчивались каникулы, студенты под нажимом всей семьи подхватывали дорожные саквы с продуктами и укатывали постигать науки в свои столицы. Поначалу все складывалось именно так…


Когда у старшего сына сотника Даргана, хорунжего Панкрата, родился сын Александр, в станице Стодеревской, расположенной на левом берегу Терека, началось большое веселье. В доме главы рода собралась вся близкая и дальняя родня. Как и у кавказцев, у терских казаков появление мальчика в семье считалось значимым событием, потому что со временем он становился и хозяином на собственном подворье, и воином, получающим жалованье за службу русскому царю и отечеству. Мальчик, в отличие от девочки, имел право занять место главы казачьего рода. Именно по этой причине за праздничным столом собралась вся большая семья, заскочили поздравить и станичники.


И завертелось казацкое веселье… Рядом с Панкратом примостился Захар, как раз прибывший из своих университетов, за ним крутил белобрысой головой Петрашка, тоже ставший студентом и так же редко бывавший в доме, как и его средний брат. Новые