последнего председателя МГБ ГДР Эриха Мильке, правившего этим учреждением тридцать лет, с 1957-го по 1987 год. Его портрет, кстати, сделал Зураб Церетели. Тайны исчезнувшей разведки, тайны исчезнувшего государства… Фантом какой-то. Хотя в конце девяностых годов прошлого века этот фантом наводил страх на многих, кое-кто обходил его стороной. Даже глаз старались не поднимать. Чур меня, чур меня…
Э. Мильке
Мой путь из дома на работу, из района Карлсхорст, где жил в конце девяностых годов, в центр, к Александерплац, где тогда располагалось корреспондентское бюро АПН, как раз пролегал по длинной улице Франкфуртераллее. И проезжая мимо поворота на улицу Магдалененштрассе, убегавшую круто вправо к Норманненштрассе, не раз обращал внимание на стоявшее на ее правой стороне многоэтажное бетонное сооружение. Даже при беглом рассмотрении этого каменного служебного колосса со множеством разных антенн на крыше, с припаркованным множеством машин можно было догадаться, какого рода делами занимались люди в его помещениях. На мой наивный вопрос, что это за научно-исследовательский комплекс, знакомые немцы журналисты только усмехались, пожимали плечами: ты разве не понимаешь, это же фантом. Во времена ГДР говорить об этом было не принято. Туристов в этот район не привозили, журналистов не приглашали, местные обходили его стороной — зачем нарываться на неприятности. Это же «фирма». Это же Министерство государственной безопасности ГДР. Это же разведка. Одна из могущественных в мире. Это же уникальный антишпионский и карательный орган, второго такого не сыщешь. Это в самом деле так. За гражданами ГДР слежка была тотальной. И в шутку и всерьез говорили, что практически на каждого из 16 миллионов жителей было заведено досье и на каждого из 60 миллионов жителей ФРГ — тоже. Вот такая организация, вот такая у нее статистика. Говорят, что в самом здании перекрытия были сделаны из сверхпрочного бетона, чтобы они смогли выдержать не бомбовые удары, а тысячи тонн разного рода бумаг. В последние годы своего существования МГБ ГДР наряду с КГБ СССР, с американской ЦРУ, с израильским «Моссадом» и британской «МИ-6» входило в пятерку лучших разведывательных учреждений мира. Много имеющий множит богатство свое, уверяли древние. Именно поэтому МГБ занимало много места — располагалось на четырех улицах: Франкфуртераллее, Магдалененштрассе, Норманненштрассе и Рушештрассе. Работавших в нем десятки тысяч специалистов за глаза называли коротко, одним словом — штази. Создавалось МГБ ГДР, конечно, не без помощи советских компетентных органов. Прообразом послужили два советских ведомства — МВД и МГБ. И вот весной 1950 года в Берлине, точнее, в восточной его части, появилось вначале Управление по охране народного хозяйства, а затем в районе Лихтенберг и само Министерство государственной безопасности ГДР. Его цели и задачи упрощенно состояли в том, чтобы проводить контрразведывательную работу у себя в стране против засылаемых шпионов из ФРГ и других западных стран, а также осуществлять разведывательную работу за рубежом, в частности, у своей соседки ФРГ, в системе НАТО, чтобы оградить молодое государство, как его тогда называли, государство рабочих и крестьян (странно, почему без интеллигенции), от посягательств врагов социализма и прогресса. Согласимся, любое государство, будь оно социалистическим, капиталистическим или просто развивающимся, должно иметь свою разведку и контрразведку. Иначе как независимое государство оно не сможет функционировать. И если ГДР сумела создать развитую шпионскую сеть и оказывала влияние на ход политических событий в Европе и в мире, то честь и хвала ее разведчикам и, естественно, тем учителям, которые помогали в становлении этого учреждения. Вот только при одном «но» — каждое закрытое политическое заведение такого рода, какими благонамеренными целями и идеями оно бы ни прикрывалось, при единообразной авторитарной политической системе в стране легко становится карательным органом против своего народа. И это непреложный факт. Беда ГДР в том и состояла, что это государство создавалось по типу советского, с единой правящей партией, остальные партии-малютки не играли какой-либо существенной роли в руководстве. Это единообразие и позволило создать мощную разведывательную и контрразведывательную структуру, которая, в конечном счете, стала строго следить и за своими, вводить в разряд инакомыслящих, диссидентов, преследовать их, ссылать, сажать в тюрьмы. Согласно архивным данным бывшей ГДР, с апреля 1950-го по 15 января 1991 года в составе МГБ вместе с пограничной охраной проходили службу почти триста тысяч сотрудников. А всего в штате МГБ на конец 1989 года состояли свыше ста тысяч. Со временем в МГБ ГДР образовалась структура, в основную задачу которой входило создание разветвленной зарубежной агентурной сети, проникновение в высшие эшелоны власти ФРГ и НАТО. И надо сказать, что с новыми возложенными обязанностями эта структура справлялась более чем успешно. Она называлась Главное управление «А» — внешняя разведка, которую возглавлял Маркус Вольф, и насчитывала около 40 тысяч человек. Причем в большинстве агентами были… сами жители ФРГ. И это не окончательные данные. В центральном управлении работали 4286 сотрудников. Такие весомые цифры не должны удивлять. В период «холодной войны», в период острой конфронтации Советского Союза с Соединенными Штатами Америки, с НАТО, в целом с Западом разведка ГДР играла и самостоятельную и вспомогательную роль. А как же иначе, обе братские страны строили развитой социализм, обе находились на острие борьбы с международным империализмом. И обе были обязаны защищать себя от внешних врагов. Не следует забывать, что после окончания Второй мировой войны на территории ФРГ оставались около 600 тысяч американских, британских, французских, канадских и бельгийских солдат и офицеров. На территории ГДР размещались около 400 тысяч советских войск. Миллионная вооруженная враждебная группировка в центре Европы. В таких условиях сама ФРГ становилась как бы плацдармом в возможном вооруженном конфликте. Отсюда активные действия военных разведок всех участвующих стран. В то же время и ГДР натовскими генералами рассматривалась как поле для возможных будущих битв, следовательно, необходимо было знать как можно больше об ее экономике, о дислокации советских войск, о вооружении и так далее. В этих условиях добыча секретной информации становилась во главу угла. 21 мая 1956 года руководители разведывательного управления Министерства обороны США получили закрытую
Э. Мильке
Мой путь из дома на работу, из района Карлсхорст, где жил в конце девяностых годов, в центр, к Александерплац, где тогда располагалось корреспондентское бюро АПН, как раз пролегал по длинной улице Франкфуртераллее. И проезжая мимо поворота на улицу Магдалененштрассе, убегавшую круто вправо к Норманненштрассе, не раз обращал внимание на стоявшее на ее правой стороне многоэтажное бетонное сооружение. Даже при беглом рассмотрении этого каменного служебного колосса со множеством разных антенн на крыше, с припаркованным множеством машин можно было догадаться, какого рода делами занимались люди в его помещениях. На мой наивный вопрос, что это за научно-исследовательский комплекс, знакомые немцы журналисты только усмехались, пожимали плечами: ты разве не понимаешь, это же фантом. Во времена ГДР говорить об этом было не принято. Туристов в этот район не привозили, журналистов не приглашали, местные обходили его стороной — зачем нарываться на неприятности. Это же «фирма». Это же Министерство государственной безопасности ГДР. Это же разведка. Одна из могущественных в мире. Это же уникальный антишпионский и карательный орган, второго такого не сыщешь. Это в самом деле так. За гражданами ГДР слежка была тотальной. И в шутку и всерьез говорили, что практически на каждого из 16 миллионов жителей было заведено досье и на каждого из 60 миллионов жителей ФРГ — тоже. Вот такая организация, вот такая у нее статистика. Говорят, что в самом здании перекрытия были сделаны из сверхпрочного бетона, чтобы они смогли выдержать не бомбовые удары, а тысячи тонн разного рода бумаг. В последние годы своего существования МГБ ГДР наряду с КГБ СССР, с американской ЦРУ, с израильским «Моссадом» и британской «МИ-6» входило в пятерку лучших разведывательных учреждений мира. Много имеющий множит богатство свое, уверяли древние. Именно поэтому МГБ занимало много места — располагалось на четырех улицах: Франкфуртераллее, Магдалененштрассе, Норманненштрассе и Рушештрассе. Работавших в нем десятки тысяч специалистов за глаза называли коротко, одним словом — штази. Создавалось МГБ ГДР, конечно, не без помощи советских компетентных органов. Прообразом послужили два советских ведомства — МВД и МГБ. И вот весной 1950 года в Берлине, точнее, в восточной его части, появилось вначале Управление по охране народного хозяйства, а затем в районе Лихтенберг и само Министерство государственной безопасности ГДР. Его цели и задачи упрощенно состояли в том, чтобы проводить контрразведывательную работу у себя в стране против засылаемых шпионов из ФРГ и других западных стран, а также осуществлять разведывательную работу за рубежом, в частности, у своей соседки ФРГ, в системе НАТО, чтобы оградить молодое государство, как его тогда называли, государство рабочих и крестьян (странно, почему без интеллигенции), от посягательств врагов социализма и прогресса. Согласимся, любое государство, будь оно социалистическим, капиталистическим или просто развивающимся, должно иметь свою разведку и контрразведку. Иначе как независимое государство оно не сможет функционировать. И если ГДР сумела создать развитую шпионскую сеть и оказывала влияние на ход политических событий в Европе и в мире, то честь и хвала ее разведчикам и, естественно, тем учителям, которые помогали в становлении этого учреждения. Вот только при одном «но» — каждое закрытое политическое заведение такого рода, какими благонамеренными целями и идеями оно бы ни прикрывалось, при единообразной авторитарной политической системе в стране легко становится карательным органом против своего народа. И это непреложный факт. Беда ГДР в том и состояла, что это государство создавалось по типу советского, с единой правящей партией, остальные партии-малютки не играли какой-либо существенной роли в руководстве. Это единообразие и позволило создать мощную разведывательную и контрразведывательную структуру, которая, в конечном счете, стала строго следить и за своими, вводить в разряд инакомыслящих, диссидентов, преследовать их, ссылать, сажать в тюрьмы. Согласно архивным данным бывшей ГДР, с апреля 1950-го по 15 января 1991 года в составе МГБ вместе с пограничной охраной проходили службу почти триста тысяч сотрудников. А всего в штате МГБ на конец 1989 года состояли свыше ста тысяч. Со временем в МГБ ГДР образовалась структура, в основную задачу которой входило создание разветвленной зарубежной агентурной сети, проникновение в высшие эшелоны власти ФРГ и НАТО. И надо сказать, что с новыми возложенными обязанностями эта структура справлялась более чем успешно. Она называлась Главное управление «А» — внешняя разведка, которую возглавлял Маркус Вольф, и насчитывала около 40 тысяч человек. Причем в большинстве агентами были… сами жители ФРГ. И это не окончательные данные. В центральном управлении работали 4286 сотрудников. Такие весомые цифры не должны удивлять. В период «холодной войны», в период острой конфронтации Советского Союза с Соединенными Штатами Америки, с НАТО, в целом с Западом разведка ГДР играла и самостоятельную и вспомогательную роль. А как же иначе, обе братские страны строили развитой социализм, обе находились на острие борьбы с международным империализмом. И обе были обязаны защищать себя от внешних врагов. Не следует забывать, что после окончания Второй мировой войны на территории ФРГ оставались около 600 тысяч американских, британских, французских, канадских и бельгийских солдат и офицеров. На территории ГДР размещались около 400 тысяч советских войск. Миллионная вооруженная враждебная группировка в центре Европы. В таких условиях сама ФРГ становилась как бы плацдармом в возможном вооруженном конфликте. Отсюда активные действия военных разведок всех участвующих стран. В то же время и ГДР натовскими генералами рассматривалась как поле для возможных будущих битв, следовательно, необходимо было знать как можно больше об ее экономике, о дислокации советских войск, о вооружении и так далее. В этих условиях добыча секретной информации становилась во главу угла. 21 мая 1956 года руководители разведывательного управления Министерства обороны США получили закрытую
