ЛитВек - электронная библиотека >> Евгения Андреевна Викторова >> Фэнтези: прочее >> Менестрель

Викторова Евгения Андреевна Менестрель

Огромную благодарность хочу выразить Семкичевой Екатерине. Без этого человека не то, что персонажи не были бы собой, самой истории никогда не было. Лишь благодаря ей она видит мир.

Предисловие

 По моим личным записям (с) Конрад


Хм... К чему вы шарите в моих записях? Ищете что-то интересное? Неужто всерьез верите, что в записях простого слуги принца ночных эльфов можно найти нечто стоящее? Всерьез?! И нисколько не сомневаетесь?! Ну что ж, вы по адресу... Есть у меня одна история. Правда, чтобы ее полностью написать, пришлось прочитать дневник моего принца, да простит меня юный господин, если вдруг узнает об этом.

Все началось в самый обычный, казалось бы, вечер. Весь светлый мир засыпает, и просыпаются его ночные правители, в том числе - да что там "в числе"! На первых позициях! - мы, ночные эльфы. Однако мой юный господин умудрился вскочить сегодня чуть позднее полудня и сразу забегал по дворцу в поисках материалов для воплощения в жизнь новой задумки. Я же - совершил большую ошибку - проигнорировал порывы его высочества, решив, что, как и в предыдущие разы, парень быстро остынет по отношению к своей идее, и дальше чертежа у него ничего не продвинется. Где-то через час за моим окном, а скажу я вам, что покои моего господина находятся ровно над моей комнатой, раздался громкий крик принца и глухой звук удара тела о землю. Я немедля бросился к окну, открыв его нараспашку, и уже собрался спрыгнуть вниз - благо для эльфа высота в три этажа совсем незначительна, - как его высочество поднялся на ноги. Он подхватил с земли странную конструкцию на вроде воздушного змея и, пробурчав: "Оно явно требует доработки!", вернулся во дворец. Я, быстро накинув на себя полагающуюся личному слуге одежду, быстрым шагом поднялся наверх, в комнату принца.

-- Сир, вы позволите войти? -- спросил я, не открывая красивой двери из черного дуба.

-- А? Конрад? -- голос господина было плохо слышно, но даже не столько из-за закрытой двери, сколько из-за шума инструментов и подозрительного грохота. -- Входи!

Я с опаской потянул на себя дверную ручку и осторожно заглянул внутрь. Вроде, все в порядке, даже не взорвалось ничего, как в прошлый раз. Надо признаться, я был этому несказанно рад, хотя и немало удивлен. Мой господин наконец-то решил взяться за ум! Я, стараясь не шуметь, подошел к его высочеству почти вплотную и через его плечо посмотрел на стол, на котором принц что-то усердно мастерил. Я прошелся по просторной, но уже с утра заваленной свитками с чертежами комнате, привычным движением собирая кружки из-под заморского напитка -- кофе. Скажу честно, однажды, поверив россказням своего господина о чудо-напитке и его потрясающем вкусе, я рискнул попробовать, о чем я позднее сильно пожалел, так как потом меня несколько дней мучила бессонница. Но это так, лирика. Я уже собирался покинуть покои моего господина, но, к своему несчастью, не удержал в узде своего любопытства и, поставив поднос с кружками на тумбу у входа, издалека осторожно поинтересовался:

-- Сир, что вы делаете?

На пару мгновений принц замер. Наверное, происходи это на сцене, а не в реальности, играла бы мрачная, зловещая музыка. Его высочество медленно повернулся и окинул меня оценивающим взглядом. Но вот на его лицо легла довольная улыбка, и он, радостно кивнув, жестом приказал мне подойти. Я осторожно подошел к столу и стал внимательно рассматривать ту самую конструкцию, что видел сегодня днем. Огромный треугольный кусок ткани, натянутый поверх деревянного каркаса.

-- Эмм... и что это? -- тихо спросил я, аккуратно проводя пальцами по тонкой вязи вырезанных на одной из тонких дощечек букв "Морев". Господин, неужели вы действительно верите, что на это "изобретение" кто-то польстится, раз написали здесь свое имя?

-- Это... -- принц замолчал, подбирая подходящие слова. Но, не найдя таковых, начал активно жестикулировать, пытаясь хоть что-то мне объяснить: -- Ну, в общем... это такая штука... чтобы летать! Вот!

-- Хм, сир, не хочу вас расстраивать, но не проще ли будет использовать заклинание левитации?

И только произнеся это, я сообразил, что именно сказал. Мысленно я уже приготовился ко всему от тирады на тему "Конрад, ты -- идиот!" до какого-нибудь взрывоопасного заклинания. Как?! Вы не поняли? Ведь я же не оценил всей гениальности замыслов юного господина! Однако, вопреки ожиданиям, принц просто вернулся к работе, буркнув нечто вроде "Да ну тебя!". Я едва слышно облегченно вздохнул и, подхватив поднос с посудой, шагнул за порог, когда услышал от своего господина следующие слова:

-- С помощью левитации я отсюда не выберусь -- отец заметит изменение фона. А так днем да по воздуху... Должно пройти.

-- Ч... что? Господин, надеюсь, я ослышался, вы собираетесь сбежать? -- меня словно чем-то тяжелым огрели. Сказать, что я был удивлен -- не сказать ничего!

-- Ага, -- совершенно спокойно, будто бы говорил о чем-то пустяковом, совершенно неважном и очевидном, сказал он, не отрываясь от работы. -- Конрад, подай мне отвертку.

Я, поставив поднос обратно, подал господину инструмент. Продолжая наблюдать за его работой, я пытался понять, для чего ему это. Странная прихоть, вызванная скукой, или все же нечто существенное этот его побег? Непонятно. Чтобы хоть как-то отвлечься, я выглянул в окно.

Что ни говори, а ночные пейзажи лучше! Особенно при полной Луне... Когда прекрасная богиня ночи дарит нам свою благодать. Эти "дневные" идиоты ничего не понимают в истинной красоте ночи, предпочитая столь прекрасное время проводить за плотно закрытыми дверьми и ставнями. Я тряхнул головой, отгоняя неожиданно навалившийся сон. Так, сейчас не время восхищаться непостижимой красотой Богини! Гораздо важнее -- разубедить принца в верности его выбора. Ну, или, по крайней мере, выяснить детали его плана... Надеюсь, это все же кратковременная прихоть. Я подал принцу требуемую им пилу и стал интересоваться причинами столь странного решения.

-- Конрад, я всю жизнь провел во дворце, иногда выезжая на совершенно бессмысленные и скучные мероприятия, устраиваемые местной знатью, -- господин отложил пилу в сторону, печальным взглядом сверля столешницу. -- Я не имею ни малейшего представления о том, что находится за пределами столицы! Какая она, жизнь? Да, черт возьми! Единственный, кого я могу назвать другом -- это ты, Конрад! -- несмотря на то, с какой болью в голосе это было