старцы у врат Иверской обители и вели свои святые беседы о спасении души христианской. Внезапно на море явился столп, огненный, как пламень великий, достигающий вершиной своей самого неба. И ужаснулись от того видения старцы, и вскочили с мест своих, в страхе взывая:
— Господи, помилуй!
Услышала возгласы эти и остальная Иверская братия и собралась вся вокруг своих старцев смотреть и удивляться невиданному и неслыханному явлению столпа огненного, исходящего из вод морских; но как ни думала, не могла братия открыть причины этого дивного чуда. Настала ночь, и огненный столп с моря стал сиять еще сильнее, ярче самого дневного солнца. И увидели этот свет чудесный все монахи со всей горы Афонской. И стеклись к Иверу и из Лавры, и из Ватопеда, и из иных монастырей монахи и пустынники. И когда собралось все Афонское монашествующее Христово воинство на берег морской, прилегающий к Иверу, то все увидели неподалеку от себя, в море, святую икону Богоматери. В радости великой стали они доставать святыню из волн морских, но не возмогли: только приблизятся к явленному чуду, а икона святая отступит от берега на глубину моря, — так и не возмогла братия Афонская принять на свои руки икону Пречистой Богородицы. Тогда повелел настоятель Иверского монастыря собраться всем в храм. И стала в храме молиться слезно братия, да удостоит ее Господь принять к себе святую икону Его Матери в утешение и радость подвига своего монашеского. И услышано было Господом теплое моление подвижников Иверских.
Был в то время в Иверской обители монах родом из земли Иверской именем Гавриил, нравом простейший, проводящий отшельническое житие и непрестанно наедине молящийся Богу. Ради безмолвия удалялся Гавриил на лето на самые высокие вершины горы Афонской, а зимой, когда наступала там стужа и выпадал снег, он сходил с гор и затворялся в уединенной монастырской келье. Носил Гавриил власяницу, пищей ему были дикие травы, а питием — вода. Простота его была блаженная; и был он истинно земной Ангел и небесный человек. Гавриил этот, помолившись, уснул и видит Пресвятую Богородицу в сиянии великой славы. И говорит ему Пречистая:
— Иди в монастырь и возвести настоятелю, что Я хочу дать ему и братии Мою икону в покров Мой и помощь. Сойди на морской берег и иди с верою по водам, взяв Мою икону, да все уразумеют любовь и заботу Мою об обители вашей и да ведают, что Я Сама пришла на помощь вашу.
Сказала слово это Богородица и стала невидима, а Гавриил, муж Божественный, поспешно сошел с горы своей в обитель и возвестил настоятелю виденное. Настоятель же повелел собраться всем монахам в церковь; и, зажегши светильники, вышла из храма вся братия во главе с настоятелем, творя литию с пением псалмов Божественных, воссылая к небу дым кадильниц благовонный, и так достигли они морского берега, радуясь любви Богородицыной. И пошел Гавриил по водам морским (о, чудо великое!), и приблизилась к нему сама чудотворная икона; и принял ее в объятия свои Гавриил с радостью неописуемой, с пением и славословием Богу велегласными. И сам настоятель пошел навстречу Гавриилу, сойдя в море, а когда взошли они оба со святою иконой на берег, то радости и веселию монашествующих и конца, казалось, не будет: три дня и три ночи продолжалось молитвенное пение и бдение, и без перерыва шла Божественная служба пред святой иконой в устроенной на берегу моря часовне. Затем перенесена была Владычица в соборную церковь и поставлена в святом алтаре. И вновь пето было пред Нею всенощное бдение.
По совершении бдения разошлись монахи Афонские по своим монастырям, а наутро, в час утрени, вошел кандиловжигатель117 в храм, чтобы приготовить все для совершения по чину церковному утренней службы, и не нашел иконы на своем месте — в алтаре храма. Стали искать, и после долгих поисков нашли ее сверх врат, на стене монастырской ограды. Дивились монахи, как и кем могла быть перенесена на это место святая икона, и перенесли ее опять на старое ее место в алтарь храма; но оттуда она опять невидимою силою оказалась перенесенной на стену, над святыми вратами обители.
Так повторялось много раз, и были монахи в недоумении великом, и не ведали, что и творить.
Тогда вновь явилась Владычица Гавриилу и сказала ему слово Свое: — Ступай в монастырь и скажи монахам, чтобы не искушали Меня; не для того явилась Я им, чтобы они Меня охраняли, а чтобы Мне Самой быть их хранительницей, и не только в нынешнем, но и в будущем веке. И еще скажи им: пока на горе этой монахи будут жить в страхе Божием и во благоговении и будут по силе своей трудиться для снискания добродетели, то пусть имеют дерзновение и надежду на милость Сына Моего и Владыки, ибо их Я у Него в Свой удел испросила, и Он дал Мне их. В знамение же этих слов Моих да будет им Моя икона: пока они будут зреть ее в своем монастыре, до тех пор не оскудеет им и милость, и благодать Сына Моего и Бога.
Богоносный же Гавриил, выслушавши такое слово Богоматери, вновь поспешил сойти с горы своей в обитель и возвестил о своем видении настоятелю, а тот собрал братию и поведал ей в безмерной радости слова Пречистой, сказанные Гавриилу.
И на вратах обители Иверской создан был храм во имя Пресвятой Богородицы — Портаитиссы, что значит «Вратарницы».
Отсюда и зовется до наших дней Пречистая Богородица Иверская «Вратарницей», оттого и поет Ей святая Церковь Православная славу:
«Радуйся, Благая Вратарнице, двери райския верным отверзающая!»
ЛитВек: бестселлеры недели
